![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
Дочитываю "Девушек в цвету" Пруста.
В качестве наблюдения. Удивительно как эволюционировало со времен Карла Великого до Пруста понятие аристократической гордости. Безграничная средневековая баронская спесь превратилась в отточенную вежливость и утонченную деликатность. У Пруста неотъемлемым качеством настоящего аристократа считается такой тон общения с нижестоящими, когда те чувствуют себя с вельможей, как минимум, на равных.
Не обходилось, конечно, без курьезов - например, случай с принцессой Люксембургской, которая так отчаянно старалась выразить свою благосклонность и ласку герою и его бабушке (обычным французским буржуа), что те на минуту почувствовали себя домашними щенками.
На самом деле, спесь, конечно, никуда не делась. Но эталон поведения был именно таким - и нарушать его, видимо, действительно считалось дурным тоном.
В качестве наблюдения. Удивительно как эволюционировало со времен Карла Великого до Пруста понятие аристократической гордости. Безграничная средневековая баронская спесь превратилась в отточенную вежливость и утонченную деликатность. У Пруста неотъемлемым качеством настоящего аристократа считается такой тон общения с нижестоящими, когда те чувствуют себя с вельможей, как минимум, на равных.
Не обходилось, конечно, без курьезов - например, случай с принцессой Люксембургской, которая так отчаянно старалась выразить свою благосклонность и ласку герою и его бабушке (обычным французским буржуа), что те на минуту почувствовали себя домашними щенками.
На самом деле, спесь, конечно, никуда не делась. Но эталон поведения был именно таким - и нарушать его, видимо, действительно считалось дурным тоном.